Древнерусские героические сказания. Старины, былины.

Археология, древний мир, что было и как. Артефакты, сооружения, события.
Аватара пользователя
Октябрин
Сообщения: 356
Зарегистрирован: 18 май 2008, 20:38

Древнерусские героические сказания. Старины, былины.

Сообщение Октябрин » 20 янв 2009, 21:20

С. Н. Азбелев (Санкт-Петербург)


О РАННИХ ПРОТОТИПАХ ИЛЬИ МУРОМЦА И БЫЛИННОГО КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА



Давно известные исследователям былин упоминания в произведениях германского эпоса русского витязя Ильи и короля Руси Владимира удается по-новому осмыслить при учете недавно введенных в науку материалов. Это прежде неизвестный и опубликованный посмертно эпосоведческий труд А. Н. Веселовского, результаты последних фронтальных изучений былинного имянослова и часто игнорировавшиеся, а ныне подкрепленные археологически данные Иоакимовской летописи.
Отечественные эпосоведы довольно обстоятельные рассказы Тидрексаги о борьбе русских против нашествий гуннов воспринимали как свидетельство того, что имена Владимира и Ильи в эпосе приобрели достаточно широкую известность прежде, чем эта сага была записана. Аналогично объясняли видную роль русского витязя Ильи в германской поэме «Ортнит», основанной на устном эпосе и зафиксированной несколько ранее Тидрексаги (но имеющей с ней и других общих персонажей в связи с тем, что оба памятника отображали одну историческую эпоху).
Никто, кажется, не обратил должного внимания на странное при такой гипотезе обстоятельство: то, что говорится в немецком эпосе об Илье, отчасти можно увязать с содержанием дошедших до нас былин о нем, но повествования Тидрексаги о деяниях Владимира не имеют никаких соответствий в известной по летописям биографии князя Владимира Святославича.
Недавно было установлено в результате сплошного обследования всех основных собраний былин, что их сказители ХУП—ХХ в. почти никогда не называли былинного князя «Владимир Святославич». Отчество либо опускалось, либо — особенно в самых ранних записях — имело форму «Всеславич» или «Сеславич».
Теперь напечатана прямо связанная с этим вопросом работа А. Н. Веселовского, которую сам он не успел издать. Здесь среди прочего анализируются сведения Тидрексаги, относящиеся к эпической генеалогии ее русских персонажей. В результате детального разбора с привлечением сравнительных данных Веселовский пришел к заключению, что имя Владимирова отца в саге представляет собой видоизмененный древнегерманский эквивалент славянского имени Всеслав.
Выясняется, что былинному князю Владимиру Всеславичу соответствует Владимир Всеславич, возглавлявший отпор нашествиям гуннов, а былинному Илье — герой сражений с гуннами и готами.
Иоакимовская летопись не содержит конкретных фактов правления древнего Владимира, говорится только об обширности подвластных ему земель и обстоятельствах, при которых законно установилось его главенство. Однако степень внимания, уделенного в весьма сжатом вводном ее повествовании именно этому князю (после которого восемь поколений правителей Руси не названы по именам), свидетельствует, что княжение Владимира осознавалось как этап чрезвычайной значимости либо самим составителем протографа попавшего к Татищеву текста, либо его основным источником об этом периоде. Сведения Тидрексаги, согласуясь в основном с данными Иоакимовской летописи, продолжили их описаниями шедших с переменным успехом оборонительных войн Владимира.
Сколько-нибудь четко выделить в саге историческую правду из эпического вымысла, конечно, невозможно. Но, вместе с тем, невозможно объяснить случайностью существенные совпадения независимых друг от друга источников. Приурочение же в былинах именно к Владимиру Всеславичу эпического противостояния вражеским нашествиям, по масштабам своим не имеющим исторических аналогий в княжение Владимира Святого или Владимира Мономаха, но и вполне сопоставимым с описанными в Тидрексаге, побуждает признать эти повествования ее отображением тех же событий, какие составляли первоначальную историческую основу центрального былинного цикла. Естественно, что конкретное содержание дошедших в относительно недавних записях многослойных былин о противостоянии вражеским нашествиям мало соотносимо в частностях с той интерпретацией исторической основы, какая была пред-ставлена немецким эпосом, отображавшим самосознание готов — союзников Аттилы против Владимира.
Но любопытные результаты могут быть получены при внимательном сопоставлении некоторых былин, не входящих в упомянутый цикл, со сведениями об Илье в саге о Тидреке и поэме об Ортните.
Совокупные показания немецких памятников позволяют заключить, что после победы гуннов Илья не остался вассалом Аттилы, а отправился в Италию, где помогал своему младшему венценосному родичу добыть невесту вопреки военному противодействию ее отца. В Италии же находилась дочь Ильи, которая, согласно саге, еще ребенком оказалась заложницей при дворе Аттилы, откуда впоследствии была похищена ее итальянским женихом. Среди записей от знаменитого сказителя Трофима Рябинина есть уникальная былина о встрече уже старого Ильи с его взрослой дочерью, которая разыскивает отца и говорит, что она «родом из земли да из Тальянскою»; Илья в ответ поясняет, что именно там он жил некоторое время у будущей ее матери, когда служил «у короля тальянского».
Если формирование основного ядра былинного эпоса происходило за несколько веков до эпохи князя Владимира Святого, то можно признать относящиеся к ней исторические реалии эпических песен отчасти вторичными наслоениями — подобно обязанному ХШ—Х\^ столетиям именованию исторических противников Руси татарами, а их предводителей — Батыем и Мамаем, нередкому в былинах образу Куликова поля и т. п.


источник:
ТЕЗИСЫ УЧАСТНИКОВ III МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ «КОМПЛЕКСНЫЙ ПОДХОД В ИЗУЧЕНИИ ДРЕВНЕЙ РУСИ»/Древняя Русь. Вопросы медеевистики. 2005. № 3

Вернуться в «Наследие предков»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость